May 21st, 2021

Мошенница игуменья Митрофания, Москва, 1872 год.

Баронесса Прасковья Григорьевна Розен родилась в 1825 году в весьма состоятельной и уважаемой семье. В конце 30–х годов благосостояние пошло на спад — отец Прасковьи барон Григорий Розен лишился высокой должности и вскоре умер от паралича. Николай I за былые заслуги оплатил долги покойного и пристроил восемнадцатилетнюю Прасковью фрейлиной при дворе императрицы. В 1852 году она приняла решение уйти в монастырь и с позволения императора оставила двор. Новоявленная послушница, вступив в ряды РПЦ, приняла монашеское имя Митрофания и, используя знакомство с высокопоставленными церковнослужителями, начала уверенно продвигаться по карьерной лестнице. Через 9 лет ее возвели в сан игуменьи и выделили в управление Владычный монастырь. Также с благословения митрополита и императрицы она взяла на себя руководство первыми российскими общинами сестер милосердия.

В 1870 году Митрофания приступила к своему крупнейшему строительному проекту — постройке здания Владычне–Покровской общины в Москве. Большую часть монастырских денег она вложила в коммерческие проекты, которые оказались провальными. Пытаясь спасти положение, игуменья начала подделывать векселя и долговые расписки. Криминальная карьера игуменьи была прервана арестом в 1873 году. В ходе следствия по указаниям Митрофании ее союзницы активно обрабатывали свидетелей и фабриковали фальшивые документы для защиты, а сама обвиняемая постоянно меняла показания. По словам прокурора, "все, что ни попадало в руки игуменьи, назад уже не возвращалось". Только по одному из эпизодов дела незаконно присвоенная сумма составила немыслимые полтора миллиона рублей.

По поручению Святейшего Синода московская духовная консистория провела собственное расследование, но достаточных для обвинения улик найдено не было. Мирской суд оказался менее гуманен по отношению к проворовавшейся игуменье. Хотя прямого личного интереса Митрофании следствие не нашло, присяжные признали Митрофанию виновной по основным пунктам обвинения, а суд приговорил ее к 3 годам сибирской ссылки и 11 годам ссылки в других регионах. Благодаря вмешательству влиятельных заступников, наказание было смягчено до высылки в монастырь в Ставрополе. Последующие два десятилетия она без проблем меняла регионы пребывания, а в конце жизни невозбранно покидала страну и подолгу жила в Иерусалиме. Широкая огласка дела Митрофании отразилась и в художественной литературе — имя игуменьи упоминается поэме Некрасова "Современники", романе Писемского "Мещане" и "Дневнике провинциала" Салтыкова–Щедрина. Островский же под впечатлением от публичного суда над Митрофанией написал сатирическую комедию "Волки и овцы".