?

Log in

No account? Create an account

December 14th, 2015

Взрослый мужчина способен обижаться так же, как и пятилетняя девочка. Но самое интересное здесь заключается в том, что, будучи обиженным, этот взрослый мужчина больше всего похож как раз на пятилетнюю девочку. Он ожидает извинений и «справедливости», перед ним должны покаяться и оказать всевозможные достойные почести, чтобы его уязвленное самолюбие снизошло до прощения «виновного». И если, не дай Бог, эти подношения будут чуть дешевле, чем требуется нашей пятилетней девочке в теле взрослого мужчины, она воспримет их как унижающую достоинство жалкую подачку. Как же! Ведь обида так велика! И дань для ее возмещения должна быть соответственно великой. Обида – еще одно состояние пассивной жертвы обстоятельств, которую несправедливо обделили, которая ничего поправить со своей ситуацией не в силах, но может тихо плакать в одиночестве, ожидая, что каким-то чудом весь мир падет у ее ног, вымаливая прощение у страдалицы. А после, когда жертва этим актом раскаяния мира перед ней удовлетворит свою болезненную самооценку, она, наконец, величественно снизойдет до прощения обидчика. Затем примет от него, или быть может даже лучше от самого Всевышнего, всевозможные наилучшие дары за перенесенные муки и страдания, за те пытки, которые вынуждал нашу жертву выносить «злой и коварный» обидчик.

Причиной обиды являются наши нереалистичные ожидания, которые почему-то никто исполнять не вознамерился. В итоге обидчивому человеку только и остается пассивно обижаться и ждать, когда золотая рыбка, исполняющая желания, материализуется чудесным образом прямо у него в руках. А для самостоятельной реализации своих ожиданий обидчивый человек – еще слишком мал и слишком жалок.

В крайней стадии обиды, обидчик, прежде чем просить прощения, должен не просто извиниться, но еще и унизиться, и даже как-то «адекватно» поплатиться, перенеся на своей шкуре все необходимые для этой процедуры побои, которые по мнению жертвы, окупят ее «святые» мучения. И, как правило, чем пуще жертва бредит этим бредом, чем больше вгоняет себя в обиженность, тем более фантастические ожидания и требования к обидчику у нее формируются, и тем меньше вероятности, что перед ней вообще хоть как-то извинятся. А если даже извинятся, то извинений этих будет уже недостаточно, чтобы покрыть все перенесенные муки. И тогда, чтобы доказать всему миру, как весь мир был неправ, жертва становится на путь «святого мученика», и начинает добивать саму себя наиболее подходящим для ситуации разрушительным методом, при этом как бы приговаривая: «Посмотрите, что Вы со мной делаете!» «Практика» эта бывает разной.

Если обиженной жертве лет пять отроду, чтобы его пожалели, намеренно «случайно» падает в лужу. А если жертва чуть постарше, жалость ее унижает, и теперь, она хочет признания. Теперь она готова показать другим, как реальна и как велика ее боль. Для этого разобиженная бедняжка готова пожертвовать предметом из посудного шкафа, разбив его о свою несчастную голову. В особо запущенных случаях, жертва рассчитывает на посмертную славу…

Никакой славы и признания, такой «мученик», разумеется, своей деструкцией не добивается. Самое большее, чем его могут удостоить – жалостью, а чаще и того хуже – насмешками и раздражением. То есть, обижаться мало того, что бесполезно, но ведь еще и вредно. Но мы продолжаем делать это снова и снова. Снова и снова надеемся этой манипуляцией добиться желаемого.

Обида – это манипуляция. Все мы просто хотим внимания и любви, совсем как малые дети. Но дети – хитрее. Они, чтобы получить желаемое, обижаются намеренно. Ребенок, лет до двух, если видит, что его обиду не замечают, способен сразу остановиться, привлечь внимание и тут же снова продолжить. Со временем этот маневр входит в привычку, которая набирает обороты своей движущей силы, становясь чем-то якобы «реальным». Взрослый ребенок, обижаясь, воспринимает самого себя всерьез. А по факту это – все та же манипуляция, но остановить ее взрослый уже не может, т.к. с годами научился действовать на автомате.

—Мой лучший друг меня предал, моя любимая отреклась. Я улетаю налегке.
*************************************************
—После свадьбы мы сразу уехали в свадебное путешествие. Я в Турцию, жена в Швейцарию, и прожили там три года в любви и согласии.
*************************************************
—Да здравствует развод! Он устраняет ложь, которую я так ненавижу!
*************************************************
—Чтобы влюбиться, достаточно и минуты. Чтобы развестись, иногда приходится прожить двадцать лет вместе.
*************************************************
—Мы были искренни в своих заблуждениях!
*************************************************
—Завтра годовщина твоей смерти. Ты что, хочешь испортить нам праздник?
*************************************************
— Вы утверждаете, что человек может поднять себя за волосы?
— Обязательно! Каждый здравомыслящий человек просто обязан время от времени это делать!
*************************************************
—Ну не меняться же мне из-за каждого идиота!
*************************************************
—Будучи в некотором нервном возбуждении, герцог вдруг схватил и подписал несколько прошений о разводе словами: «На волю, всех на волю! »
*************************************************
—Я не боялся казаться смешным. Это не каждый может себе позволить.
*************************************************
— Господин барон вас давно ожидает. Он с утра в кабинете работает, заперся и спрашивает: «Томас, — говорит, — не приехал ещё господин пастор? » Я говорю: «Нет ещё». Он говорит: «Ну и слава богу». Очень вас ждёт.
*************************************************
— О чём это она?
— Барона кроет.
— И что говорит?
— Ясно что: подлец, говорит, псих ненормальный, врун несчастный…
— И чего хочет?
— Ясно чего: чтоб не бросал.
— Логично.
*************************************************
—Неужели обязательно нужно убить человека, чтобы понять, что он живой?
*****************************************************
— Вы же разрешаете разводиться королям.
— Ну, королям, в особых случаях, в виде исключения, когда это нужно, скажем, для продолжения рода.
— Для продолжения рода нужно совсем другое.
*****************************************************
— Объясните суду — почему 20 лет все было хорошо, и вдруг такая трагедия?
— Извините, господин судья, двадцать лет длилась трагедия и только теперь всё должно быть хорошо!
*****************************************************
— Не усложняй, барон… Втайне ты можешь верить.
— Я не могу втайне. Я могу только открыто.
*****************************************************
— Это не мои приключения, это не моя жизнь! Она приглажена, причесана, напудрена и кастрирована!
*****************************************************
— Всё шутите?
— Давно бросил. Врачи запрещают.
— С каких это пор вы стали ходить по врачам?
— Сразу после смерти…
— Говорят ведь юмор — он полезный, шутка, мол, жизнь продлевает.
— Не всем. Тем, кто смеется, — продлевает. Тому, кто острит, — укорачивает. Вот так вот.
*****************************************************
—Сначала намечались торжества, потом аресты; потом решили совместить.
*****************************************************
—Я понял, в чем ваша беда. Вы слишком серьезны. Все глупости на земле делаются именно с этим выражением лица… Улыбайтесь, господа, улыбайтесь

Latest Month

October 2019
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow